Заведующий кафедрой - Козырев Анатолий  Николаевич

доктор экономических наук.

Зам. зав. кафедрой - Булавский Владимир Александрович

д.ф.-м.н., профессор.

       Если интеллект измерять в градусах, то экономика интеллектуальной собственности – крепкий коктейль из информационных и финансово-правовых технологий. Здесь обычная арифметика, применяемая для финансовых операций, сочетается с другой алгеброй, суть которой хорошо передает известная американская поговорка: «если у нас по яблоку, и мы обменялись яблоками, то у нас снова по яблоку, а если мы обменялись идеями, то их у нас стало по две». Оборотная сторона этой замечательной особенности – еще более известное выражение «изобретать велосипед». Дело тут, разумеется, не в велосипедах, а в том, что любое изобретение достаточно сделать один раз. Последующие достижения в изобретении того же самого, будь то велосипед или что-то совсем другое, но хорошо известное никому не интересны, во всяком случае, теоретически. То же относится к любым иным результатам интеллектуальной деятельности. Достаточно вспомнить, как огорчался Остап Бендер, узнав, что строки «Я помню чудное мгновенье …» другой поэт уже сочинил и даже опубликовал. И в этой печали литературный Остап далеко не одинок.

       Переходя на язык экономической науки, можно сказать, что у идей, изобретений и стихов (литературных произведений) изначально отсутствует свойство редкости, которое наряду со свойствами полезности и универсальности (способности к обмену) является обязательным свойством рыночного товара. Свойство редкости изобретению придает патентование, а литературному произведению – правовая охрана в рамках авторского права. Патент дает его обладателю исключительное право на использование запатентованного изобретения. Без разрешения (лицензии) обладателя патента никто не имеет права использовать данное изобретение в течение срока действия правовой охраны (обычно 20 лет) на территории действия патента (обычно территория страны). Аналогичным образом исключительным правом является авторское право на литературное произведение, хотя механизм действия авторского права существенно отличается от патентного. Не вдаваясь в подробности, отметим только, что исключительное право обладает свойством редкости. Исключительные права на использование литературного произведения или изобретения, как и сам патент, могут быть проданы, т.е. в отличие от самих произведений и изобретений они являются товарами. Но это не все. Обладатель патента или исключительных прав на литературное произведение может не продавать их полностью, а продавать лишь лицензии на использование. Вот тут и проявляется то самое замечательное свойство, отличающее обмен идеями от обмена яблоками. Обмен лицензиями позволяет фирмам использовать технические достижения друг друга, не лишаясь возможности использовать собственные достижения. В целом это позволяет обеспечить баланс интересов, выплачивать вознаграждение авторам и не тормозить технический прогресс. Разумеется, права интеллектуальной собственности много шире, чем только патентное и авторское право, а патентное и авторское право много сложнее, чем можно подумать на основе приведенных выше рассуждений, но это – тема учебных курсов, а не заметки в газету.

        Следующий виток или, если угодно, следующий этаж экономики интеллектуальной собственности – опционы в различных вариантах и обличиях. Опцион в самом общем понимании данного слова – это право без обязанности или возможность без необходимости. Принято различать финансовые опционы – производные финансовые инструменты, торгуемые на специальных биржах, опционы в лицензионной торговле, в том числе опционы на приобретение патентных лицензий по заранее фиксированным ценам, и так называемые реальные опционы, т.е. благоприятные возможности, имеющие сходство с опционами в отдельных чертах. К слову сказать, на реальных опционах никогда не написано, что это именно они. Их можно узнавать и использовать или делать видимыми, как резчик по дереву использует исходную структуру материала или показывает другим его красоту. В качестве реального опциона можно рассматривать, например, патентную заявку. Дело в том, что подав заявку на выдачу патента, совсем не обязательно получать патент, Можно заплатить пошлину и получить патент (при успешном прохождении экспертизы по существу), а можно не платить пошлину и, соответственно, не получить патент. Время между подачей заявки и моментом, когда надо решать вопрос об уплате пошлины, можно использовать для изучения конъюнктуры. Если ценность патента будет выше, чем размер пошлины, то пошлину лучше заплатить, а патент получить. Но если выяснится, что ценность патента меньше, чем размер пошлины, то получать патент не стоит. Таким образом, здесь есть то самое право без обязанности, действующее в течение определенного периода времени, которое делает патентную заявку в чем-то похожей на финансовый опцион – право на покупку или продажу акции (или другого финансового актива) по заранее фиксированной цене в оговоренный срок или по его истечении.

         На самом деле в экономике интеллектуальной собственности используются все три разновидности опционов, упоминавшиеся выше, и сложные конструкции из опционов. Точно также конструкции из опционов, но только финансовых, используются в финансовой инженерии. Эти сопоставимые по сложности и красоте направления человеческой мысли в чем-то сближаются, взаимодействуют и дополняют друг друга. Так, математический аппарат, разработанный для финансовых опционов и конструкций из них, успешно, хотя и не без проблем распространяется на реальные опционы, применяемые в экономике интеллектуальной собственности. На этом строятся наиболее продвинутые методы оценки интеллектуальной собственности, стремительно набирающие популярность.

         При всем при том математическое крыло экономики интеллектуальной собственности отнюдь не сводится к заимствованиям из финансовой математики с приспособлением их к плохо формализуемой практике реальных опционов. Помимо этого существуют далеко идущие обобщения той алгебры, о которой говорилось в самом начале, а также математические модели равновесия и межотраслевого баланса. Если заменить операцию сложения операцией взятия максимума, то получается совсем другая модель межотраслевого баланса, отличная от модели для обычных продуктов. Идея такого баланса была высказано очень давно нашим единственным нобелевским лауреатом по экономике – Леонидом Витальевичем Канторовичем, а реализована в 1973 году В.Л. Макаровым под названием «баланс научных разработок». Операция максимум (в отличие от обычного сложения) идемпотентна, то есть ее многократное повторение не меняет результата - как повторное изобретение велосипеда. Можно пойти еще дальше в область абстракции. Так, можно дополнить числовую прямую элементом -∞, в качестве операции «сложения» взять операцию максимума, а в качестве «умножения» – операцию обычного сложения. В результате получится идемпотентное полукольцо (операция «сложения» необратима). Единицей для «умножения» здесь служит обычный 0, а нулем для «сложения» – элемент -∞. Дальнейшее развитие этой математической идеи привело к появлению математического направления, известного как идемпотентный анализ. Но это уже другая история.

        Подводя итог сказанному, хочется сказать несколько слов о сращивании информационных и финансово-правовых технологий, имеющем место в проекте виртуального технопарка на основе вычислительных сетей. Способы организации доступа к вычислительным ресурсам и объединения в одной среде разнородных моделей удивительным образом оказываются, если не тождественными, то аналогичными способам организации конструкций из опционов и прав интеллектуальной собственности. С учетом того обстоятельства, что интеллектуальные продукты существуют сейчас в цифровой форме, передаются по сетям со скоростью света и используются на компьютерах, тут не остается препятствий для полной или почти полной интеграции. Здесь открываются возможности, от которых захватывает дух, хотя каждая из них имеет не только положительную сторону. Обмениваться идеями интереснее и практичнее, чем яблоками, зато изобретатель велосипеда – в отличие от садовника -  может быть только один. Иначе говоря, закон пакости в экономике интеллектуальной собственности не отменяется, и рог изобилия или вечный двигатель не удается создать даже в виртуальном варианте. Впрочем, это и есть верный признак того, что мы пока стоим на твердой почве настоящей науки, а студентов будем учить не заклинаниям и шаманству.

    У нас они смогут прослушать теоретические курсы и получить практические навыки по таким предметам, как:

• Российское и зарубежное патентное законодательство, стратегии патентования;
• Правовая охрана программ для ЭВМ и баз данных;
• Защита и передача ноу-хау;
• Оценка интеллектуальной собственности и нематериальных активов;
• Реальные опционы в лицензионной торговле и инновационных проектах;
• Статистическая теория рынка (венчурное предпринимательство);
• Корпоративные финансы;
• Нелинейный анализ и его применение к экономике.

Даже этот далеко не полный перечень предметов наглядно показывает, как право переплетается здесь с экономикой и математикой, а практика с теорией.

В результате получается тот самый коктейль, который мы предлагаем испить нашим студентам.